Ответ: Что вы читаете?

Кусто написал:

Как впечатления?

продолжаю думать. И еще сам хочу туда доехать.
http://s5.uploads.ru/t/OBcMV.jpg

Нам не узнать, чей выстрел был последний.
Потом соврут кто прав, кто виноват.
И наплевать на все пустые бредни
Лет через сорок-пятьдесят.
Леонид Сергеев


Ответ: Что вы читаете?

Москва — Петушки

http://std3.ru/15/3a/1388061145-153a9b4cc27cbbe29bede1363b49804c.jpg

Все говорят: Кремль, Кремль. Ото всех я слышал про него, а сам ни разу не видел. Сколько раз уже (тысячу раз), напившись, или с похмелюги, проходил по Москве с севера на юг, с запада на восток, из конца в конец и как попало — и ни разу не видел Кремля.

Вот и вчера опять не увидел — а ведь целый вечер крутился вокруг тех мест, и не так чтоб очень пьян был: я как только вышел на Савеловском, выпил для начала стакан зубровки, потому что по опыту знаю, что в качестве утреннего декохта люди ничего лучшего еще не придумали.

Так. Стакан зубровки. А потом — на Каляевской — другой стакан, только уже не зубровки, а кориандровой. Один мой знакомый говорил, что кориандровая действует на человека антигуманно, то есть, укрепляя все члены, расслабляет душу. Со мной, почему–то, случилось наоборот, то есть, душа в высшей степени окрепла, а члены ослабели, но я согласен, что и это антигуманно. Поэтому там же, на Каляевской, я добавил еще две кружки жигулевского пива и из горлышка альб–де–дессерт.

Вы, конечно, спросите: а дальше, Веничка, а дальше — что ты пил? Да я и сам путем не знаю, что я пил. Помню — это я отчетливо помню — на улице Чехова я выпил два стакана охотничьей. Но ведь не мог я пересечь Садовое кольцо, ничего не выпив? Не мог. Значит, я еще чего–то пил.

А потом я попал в центр, потому что это у меня всегда так: когда я ищу Кремль, я неизменно попадаю на Курский вокзал. Мне ведь, собственно, и надо было идти на Курский вокзал, а не в центр, а я все–таки пошел в центр, чтобы на Кремль хоть раз посмотреть: все равно ведь, думаю, никакого Кремля я не увижу, а попаду прямо на Курский вокзал.

Обидно мне теперь почти до слез. Не потому, конечно, обидно, что к Курскому вокзалу я так вчера и не вышел. (это чепуха: не вышел вчера — выйду сегодня). И уж, конечно, не потому, что проснулся утром в чьем–то неведомом подъезде (оказывается, сел я вчера на ступеньку в подъезде, по счету снизу сороковую, прижал к сердцу чемоданчик — и так и уснул). Нет, не потому мне обидно. Обидно вот почему: я только что подсчитал, что с улицы Чехова и до этого подъезда я выпил еще на шесть рублей — а что и где я пил? И в какой последовательности? Во благо ли себе я пил или во зло? Никто этого не знает, и никогда теперь не узнает. Не знаем же мы вот до сих пор: царь Борис убил царевича Димитрия или же наоборот?

Что это за подъезд? Я до сих пор не имею понятия; но так и надо. Все так. Все на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загородиться человек, чтобы человек был грустен и растерян.

Я вышел на воздух, когда уже рассвело. Все знают — все, кто в беспамятстве попадал в подъезд, а на рассвете выходил из него — все знают, какую тяжесть в сердце пронес я по этим сорока ступеням чужого подъезда и какую тяжесть вынес я на воздух.

Ничего, ничего, — сказал я сам себе, — ничего. Вон — аптека, видишь? А вон — этот пидор в коричневой куртке скребет тротуар. Это ты тоже видишь. Ну вот и успокойся. Все идет как следует. Если хочешь идти налево, Веничка, иди налево, я тебя не принуждаю ни к чему. Если хочешь идти направо — иди направо.

Я пошел направо, чуть покачиваясь от холода и от горя, да, от холода и от горя. О, эта утренняя ноша в сердце! О, иллюзорность бедствия! О, непоправимость! Чего в ней больше, в этой ноше, которую еще никто не назвал по имени? Чего в ней больше: паралича или тошноты? Истощения нервов или смертной тоски где–то неподалеку от сердца? А если всего этого поровну, то в этом во всем чего же, все–таки, больше: столбняка или лихорадки?

Ничего, ничего, — сказал я сам себе, — закройся от ветра и потихоньку иди. И дыши так редко, редко. Так дыши, чтобы за коленки не задевали. И куда–нибудь, да иди. Все равно, куда. Если даже ты пойдешь налево — попадешь на Курский вокзал, если прямо — все равно на Курский вокзал, если направо — все равно на Курский вокзал. Поэтому иди направо, чтобы уж наверняка туда попасть.
О, тщета! О, эфемерность! О, самое бессильное и позорное время в жизни моего народа — время от рассвета до открытия магазинов! Сколько лишних седин оно вплело во всех нас, в бездомных и тоскующих шатенов. Иди, Веничка, иди.

От себя: Целиком читать не могу (не осиливаю), не мое, а вот на цитату такую длинную нападешь — зачитываешься. Язык восхищает. А что до содержания — у каждой книги свой читатель.

Отредактировал Горожанин (27-12-13 00:51:47)

Ответ: Что вы читаете?

Прочитала недавно... Ожидала... А в итоге:

------------------------------------------------------
Комментарий от модератора: fedor-75
------------------------------------------------------
Реклама. Нарушение правил форума п. 3. а. Аккаунт заблокирован.

***

Ответ: Что вы читаете?

читаю А.Махрова и Б.Орлова альтернативную историю
ой интересна)))))))

Нет такой, как я,лисы, утопающей в грехе, ни в верховиях Янцзы, ни в низовьях Хуанхэ (с.)

35

Ответ: Что вы читаете?

Иветта написал:

А.Махрова и Б.Орлова

согласен.
читаю всё.
в последнее время, вспомнив, что читал  Египетскую, Тамару и Дедов, решил зачитать Петербургские трущобы Крестовского... понравилось, рекомендую.

Нам не узнать, чей выстрел был последний.
Потом соврут кто прав, кто виноват.
И наплевать на все пустые бредни
Лет через сорок-пятьдесят.
Леонид Сергеев

Ответ: Что вы читаете?

BREST33 написал:
Иветта написал:

А.Махрова и Б.Орлова

согласен.
читаю всё.
в последнее время, вспомнив, что читал  Египетскую, Тамару и Дедов, решил зачитать Петербургские трущобы Крестовского... понравилось, рекомендую.

ПТ читала. После легкого чтива сначала тяжеловато шло.. потом втянулась)

Нет такой, как я,лисы, утопающей в грехе, ни в верховиях Янцзы, ни в низовьях Хуанхэ (с.)

37

Ответ: Что вы читаете?

дочитал
http://s7.uploads.ru/t/5YoW1.jpg


начал
http://s3.uploads.ru/t/ZGmbv.jpg
естественно в бумажном, полноценном варианте.

Нам не узнать, чей выстрел был последний.
Потом соврут кто прав, кто виноват.
И наплевать на все пустые бредни
Лет через сорок-пятьдесят.
Леонид Сергеев